Суды и после дела Долиной встают на сторону заёмщиков, когда банк не знал об обмане

До определения Верховного суда по делу Ларисы Долиной споры между банками и клиентами, попавшими под влияние мошенников, решались без единого ориентира: практика складывалась от случая к случаю. Теперь ориентир есть, но, как показывают материалы российских судов, универсальным ключом он не стал. Ссылка на прецедент сама по себе исход дела не решает: суды применяют изложенную в определении позицию и в пользу кредитных организаций, и в пользу граждан.

Как это выглядит на практике, видно по конкретным делам. В Воронеже кредитный договор, оформленный, по словам клиента, под влиянием мошенников, признали незаключённым. Банк пытался пересмотреть дело со ссылкой на новое определение — и не добился своего: решение в пользу клиента устояло в апелляции. В Волгограде другой банк обжаловал признание недействительным кредита, оформленного под воздействием мошенников, ссылаясь на то, что заёмщица лично подписала документы. Четвёртый кассационный суд 20 августа оставил жалобу без удовлетворения, сохранив решение в пользу клиентки. Защита слабой стороны здесь не отменена — она продолжает работать и после появления прецедента.

Есть и обратная сторона той же логики, и она тоже говорит о предсказуемости правил. Костромской областной суд отказал клиентке, оспаривавшей кредит примерно на 1,5 млн рублей под залог квартиры: она лично подписала документы в офисе, предоставила справки для залога, а затем сама сняла и перевела деньги третьим лицам. Осведомлённость банка об обмане установлена не была. Псковский областной суд отменил признание недействительным автокредита примерно на 1,4 млн рублей: заёмщица сама обратилась в банк и распорядилась средствами, и её поведение не давало сотрудникам повода заподозрить влияние третьих лиц. Тот же подход Мосгорсуд применил, отменив решение Никулинского районного суда: доказательств осведомлённости банка об обмане в деле не было.

Общий знаменатель во всех эпизодах один — добросовестность банка и наличие волеизъявления клиента. Суды оценивают, знала ли кредитная организация об обмане, и уже от этого выстраивают решение, а не от одной лишь ссылки на прецедент.