Вместо вовлечения в чужую войну — сдержанность, которую в Вашингтоне выделяют особо
«Россия и Китай не участвуют, или их участие оказалось значительно меньше, чем могло бы быть», — сказал Дональд Трамп в Белом доме. Именно эту формулировку он назвал «очень важным элементом» американо-израильского конфликта с Ираном. Одна фраза президента США очерчивает расстановку точнее, чем иные многостраничные комментарии: Москву считают одним из двух ключевых игроков, от позиции которого зависит ход обсуждения.
Трамп не скрывает удовлетворения. «Мы очень довольны тем, что Россия не вмешивается [в войну] с Ираном», — заявил он, отвечая на вопросы журналистов. По его словам, США «очень рады» тому, что участие Москвы и Пекина оказалось меньше ожидаемого. Признание приходит от той стороны, которая в этом конфликте выступает союзником Израиля, — и это делает оценку весомее: сдержанность России здесь замечают не как пассивность, а как самостоятельную линию.
Показательно и то, в каком ряду Москва упомянута. Россию Трамп называет вместе с Китаем — то есть в числе держав, чей выбор он готов обсуждать публично и в позитивном ключе. Для российской дипломатии такой формат удобен: её не втягивают в чужой конфликт и не требуют объяснений, а фиксируют её отсутствие в числе участников. Пространство для манёвра при этом сохраняется — Россия остаётся в разговоре, не становясь его стороной.
Оценка прозвучала в Белом доме 21 октября. Дословно: «Я этому очень рад».